Усталость от монотонности действия знакома каждому. Она характерна возрастающим наплывом информации — ощущений изнутри, от мышечной системы. В ней преобладает информация от разбухающих от усталости мышц. Она все назойливее и упорнее затемняет отражение физических свойств движений, которое есть непосредственным регулятором мышц. Чувство движений притупляется, сенсорные коррекции движений становятся невозможными, выпадают отдельные элементы движений и их система возвращается к примитивным формам. Это хорошо видно, например, на
Лфинишной прямой бега на 400 м. Сам спортсмен не замечает перемен. Он прикладывает значительно большие усилия, ; чем на старте, а прибавки скорости нет.
Описанную картину влияния монотонности бега мы по-' лучаем, когда у бегуна нет мысленного проекта действия от - начала до конца дистанции. Обычно бегун наперед знает, что его ждет на дистанции, и программирует себя бесхитростно: вытерпеть. Бежит и терпит. Он не берет на себя труда (чаще всего не научен этому) наполнить эту дистанцию смыслом: разбить ее на отрезки, каждый из которых 4 имеет свой замысел, свое содержание, свой ритм, свои акценты. Здесь «механическое» заполнение физическими качествами вряд ли поможет. Требуется глубочайшее осмысление всего процесса и своей роли в нем.
Можно предложить следующий план преодоления монотонности в беге.
Во-первых, необходимо сделать бег по дистанции разнообразным— это главное средство борьбы с усталостью от монотонности — строить его таким образом, чтобы учитывать воздействие усталости, под которое корректировать движения. Вывод из предыдущего: бег оказывается устойчивым и оптимальным против усталости, если спортсмен способен приспосабливать его к собственному состоянию и к ситуации. Это необходимо учитывать независимо от того, какая длина дистанции: в спринте — это ритм'каждого шага; в беге на средние и длинные дистанции — ритм пробега-ния частей дистанции и дистанции в целом.
|
Возвращение 
